Тибет не терпит суеты и торопливости. Отправляясь в эти края, нужно рассчитывать на долгое путешествие, и вероятно не на единственное. Вот тогда, может быть, хотя бы одна маленькая тайна да откроется вам. А их тут предостаточно…

Словно какая-то подлюка сидела внутри меня и все время пинала: ну что, слабо? Наверное, это и есть внутренний голос. В короткие промежутки свободного времени я успевал переговорить с ним, обсуждая программу действий. При этом в основном это происходило в моменты открытия ручки газа на мотоцикле. В поворотах и на торможении думать было сложнее, а в офисе вообще нельзя. В результате просто позвонил в турагентство: «Девушка, мне необходимо в Тибет!» Более того, историю региона и основополагающие факты не изучил. Знал только манящие слова – Лхаса, Кайлас, Эверест. Однако, взял с собой лыжи и сноуборд, чтобы спуститься, если повезет, по одному из гребней Матери Богов…

КИТАЙЦА – ПЛОХОЙ,

УЙГУР – ХОРОШИЙ?

Уйгурский автономный район встретил нашу небольшую группу в составе Андрея Каменева, Валерия Лагунова, меня и этой заразы внутри радушными улыбками служащих аэропорта, в основном китайцев. Пограничник с погонами высокого ранга чуть не ввел меня в ступор, поклонившись по-буддийски после проверки документов. В состоянии легкой эйфории мы нырнули в реальную уйгурскую действительность. Она была солнечной и многоголосой. Со всех сторон слышались крики таксистов и самодеятельных гидов. В Урумчи без «хелпера» не обойтись – уйгуры иностранным языкам не обучены. А посему, чуть-чуть поторговавшись, наняли какого-то слегка говорящего по-русски парня, оказавшегося казахом, Сашу, как он представился. Он непрестанно ругался: «Китайца плохой, он как неплохо живут, – и показывал на обычные панельные дома на окраине города. – Уйгур хороший – плохо живут», – изрекал, кивая на полуразвалившиеся халупы. Насколько хороши уйгуры, мы понять не успели. Но за 2 часа пребывания в Урумчи нас дважды обманули с телефонными картами и втридорога продали билеты на поезд до Ланьчжоу. При этом, как затем выяснилось, заместо купе мы попали в плацкарт и не совместно. Да еще нас не хотели пускать в вагон с лыжами и сноубордом. «Сложите пополам», – сообщают. Пытались объяснить – не складывается, мол. «С поездкой у вас не складывается», – красноречивыми жестами показывали нам зарубежные товарищи. Пришлось брать хитростью. Или наглостью. Что нам, конечно же, не свойственно. Загрузились в вагон с другого входа с видом, что ничего не слышим и не понимаем (а это правда), и проволокли вещи, не оглядываясь. Удалось прорваться.

ПО НЕКИТАЙСКОМУ КИТАЮ

Покидая уйгурские края, я смотрел в окно и думал, что нас ожидает завтра. Какой он, Китай? Путь лежал на юго-восток. По моим представлениям мы должны были двигаться южнее Гоби и Внутренней Монголии. Но, проехав сутки на поезде, вновь оказались в мусульманской провинции Ганьсу. Кругом были сплошные хуэйцы – не то чтобы плохие, просто коренные жители таких мест. Ланьчжоу – небольшой городишко, млн. на пять, и по совместительству столица Ганьсу. С большим трудом взяли билеты до Синина (это уже северный Тибет), откуда должны были выдвинуться в Лхасу. Но вновь возникло большое «но» – в китайской политике по отношению к зарубежным туристам, двигающимся в Тибет, произошли некоторые изменения. Им (то есть нам) перестали выдавать «пермиты» – разрешения на посещение сего желанного края. Пришлось конспирироваться, что было непросто. Сначала приставали проводники, требуя какую-то бумагу, по-видимому, тот самый «пермит», потом транспортная полиция. Мы же в ответ уверенно мычали и разводили руками – не понимаем, ничего не понимаем. И… от нас отстали!

НАД ГОРАМИ, НАД ЛЕСАМИ

Паровоз летел к небесам. Почти буквально. По самой высокогорной в мире железной трассе. Если мысленно перенести эту конструкцию в Европу, то можно станет сверху созерцать Карпаты, Альпы и Кавказ. И только Эльбрус, высшая точка Европы, станет чуть-чуть больше. Дорога проходит на высоте четырех-пяти км, иной раз поднимаясь до 5300 метров. Проносясь над облаками, можно не беспокоиться о кислороде – поезд почти герметичен, а при необходимости можно воспользоваться кислородной маской, коей оборудовано каждое место. Внутри забавные люди, не понимающие ни слова по-английски, тележки с непонятной едой и напитками, смешные термосы на столах и вечные палочки. А снаружи все грандиозно! Дорога – образец инженерной мысли. Эстакады на сваях, серпантином поднимающиеся наверх, сменяются туннелями. И все это на высотах, где почти вечная мерзлота. Привычного стука колес тоже не слышно – рельсы бесшовные. Путь огорожен забором по всей длине. Нигде ни одной лазейки, так что не пролезет ни враг, ни зверь. Но самое удивительное – вдоль трассы выложены сотни тыс. камней для задержки снега, при этом идеально правильной клеточкой, как в тетрадке по математике. Объем вложенного труда чудовищен.

ДВА ЛИЦА ЛХАСЫ

О, великая столица таинственной страны! Сколько странников мечтало попасть в эти заветные места. Я ранее не мечтал. До последнего момента по крайней мере, на данный момент «голос» не позвал. И сейчас пытался ощутить что-то особенное. Но ничего особенного не чувствовалось, кроме удовлетворения от того, что мы все-таки у цели, пусть на данный момент только у первой. За окном была почти уже ночь. С перрона удалось выйти без каких-либо проверок. Стало ясно, тут нас уже никто не тронет. Юаней за 40 был взят микроавтобус (выяснилось, что с переплатой) до центра Ласы – именно так тибетцы называют свою столицу.

Наутро посетили тысячезальную Поталу – резиденцию далай-ламы до его эмиграции. Масштабы поражают воображение. Тысячи верующих со всего Тибета стремятся сюда, чтобы помолиться в святых местах.

Вообще Ласа произвела двойственное впечатление. История и культура Тибета ощущаются тут со всей пронзительностью. Но и влияние современного Китая огромно. Оно во всем – в магазинчиках, в ресторанах и в людях. В центре возводятся современные гранитно-стеклянные здания, двигающие город по пути прогресса, но безнадежно убивающие колорит, изначально присущий вышеупомянотому удивительному месту. Думаю, что ни потомки, ни мы сами лет через десять точно не узнаем сего города. Это станет уже не та Ласа, что мы видели…

ЕДЕМ НА ЭВЕРЕСТ!

В конце концов затянувшаяся авиа-железнодорожная прелюдия нашего путешествия закончилась, и началась его не менее привычная, автомобильная часть. Как оказалось, в Китае нет никаких препятствий к тому, чтобы взять напрокат машину. Все весьма просто: у вас должны быть китайские права, на китайском языке и полученные, естественно, тоже в Китае. Таковых с собой не было. Пришлось арендовать машину с водителем в специальном агентстве. Как правило еще прилагается англоговорящий переводчик, от которого удалось отболтаться, потому что наш водитель и так хорошо владел английским. По местным меркам, естественно. Знал слов 10–15, чего было очень даже достаточно, чтобы остановиться для съемки либо если приспичило…

Таким образом, мы ехали на Лэнд Крузер (Land Cruiser) на юг в сторону Эвереста, глазея по сторонам, слушая тибетскую музыку, перемежающуюся подвываниями шаманов и Пассана, нашего гида-водителя, сразу переименованного, понятное дело, в Пацана. Между тем, новейший «крузак» в Китае стоит весьма дорого, если мы верно поняли Пацана, – «целых» 11 500 баксов, что для тибетцев просто немыслимая сумма. Аренда же машины с гидом обходилась нам приблизительно по 300 баксов за день.

Не обращая внимание на высокогорье и глухомань, трассы в Тибете очень даже достойного качества. До постройки транскитайской железной трассы в Лхасу можно было добраться либо самолетом, либо по сооруженной еще в 1955 году авто дороге. Минуя четырнадцать горных хребтов с перевалами не менее 4000 метров, весь путь до таинственной Шамбалы занимал около трех недель. Благодаря китайскому трудолюбию и количеству трудоспособных жителей в стране дорога и в данный момент поддерживается в отличном состоянии.

ОСТАНОВКИ В ПУТИ

До Эвереста предстояло проехать 650 км. По нашим меркам сущий пустяк, значит рассчитывали уже к вечеру либо в крайнем случае к ночи быть на месте. Не тут-то было. В середине дня Пацан остановился в каком-то селении и предложил осмотреть отель на предмет ночлега (?). На возражения реагировал слабо, и мы уже хотели задать ему тумаков, как в разговор вмешался служащий отеля, объяснивший (на английском языке) некоторые правила. В первую очередь, оказывается (!), эта ночевка нами уже оплачена. Во-вторых, Пассан не может ехать дальше, так как «пермит» (вновь «пермит»!) нынче существует только до сего отеля. В-третьих, тут находится второй по красоте и значимости монастырь Тибета, что нам и предложено осмотреть перед ужином. На том и сошлись.

Действительно, в действующем монастыре XV столетия Ташилумпо и в данный момент можно увидеть реальную жизнь монахов. Это одно из немногих сохранившихся до наших дней подобных мест.

Вся дорога из Ласы на Эверест буквально нашпигована полицейскими и пограничными постами, и лучше даже не пытаться проскочить мимо без документов. Вообще правила, по которым иностранные туристы перемещаются по Китаю, – настоящий «совок», умноженный на десять. Мало того что платишь и теряешь время на получение «пермитов», так их еще и проверяют через каждые сто км. По трассе на Эверест подобных пунктов насчитали восемь. При этом прибыть на каждый из них необходимо в определенное время. Не ранее, скажем, двух часов дня либо 10 утра. Как в соревнованиях на регулярность движения. Приезжаешь ранее – стой до положенного времени. Опоздал – есть вероятность, что «дисквалифицируют» и отправят назад.

ПОСЛЕДНИЙ БРОСОК

Пропускной пункт перед самым Эверестом напоминает настоящую границу. Укрепленный шлагбаум, специальное помещение для проверки документов. Дергаться и качать права не рекомендуется – не поймут. Давать взятки тоже невозможно. В Китае за это чуть ли не смертная казнь. У китайских военных разговор короткий: если что не так – сразу к стенке. Шутка, наверное, но тем не менее китайская тюрьма не самое лучшее место на Земле. Собственно, за вышеописанным последним постом и началась «настоящая» дорога, то есть обычная пыльная грунтовка в виде горного серпантина, поднимающаяся на перевал высотой 5350 метров. С него открывается изумительный вид на Гималаи. Видны сразу пять из восьми восьмитысячников, включая Эверест. На перевале дышится с трудом, покалывает кончики пальцев – недостаток кислорода. Там же стоит полицейская палатка (чем они дышат?) с солнечной батареей. Далее спуск приблизительно на километр по высоте с немеренным количеством поворотов. Это последний перевал перед Эверестом. Еще 60 км, и к обеду следующего дня мы прибываем на место.

ОБЛОМ!

Нам сильно повезло: погода стояла солнечная и Эверест был открыт, хотя мы попали в сезон муссонов и в большинстве случаев гор в это время года вообще не видно. Но с идеей спуститься со склона Эвереста на лыжах пришлось распрощаться. На нашу беду затянувшийся антициклон и местные боги распорядились так, что снег начинался где-то на высоте 6300–6500 метров. А подняться на недостающий километр по высоте с лыжами и без нормальной акклиматизации почти нереально. Тут уж не до катания. Однако для очистки совести все же попытались склонить нашего гида к рывку на Кайлас. Но он только причитал: «Пассан не выдержит, Пассан замерзнет…» Окончательную точку поставили служаки, не пустив нашу делегацию дальше базового лагеря – чтобы подойти к ближайшему леднику, требуется специальное разрешение. Короче, погуляли, покурили, посмотрели, все поняли и оставили мечту до следующего раза. А может, и верно сделали? Ведь сообщают, кто на Кайлас залезет, тому смерти не миновать…

СНЕГ И ПЕСОК…

Но несмотря на это это было прекрасно – стоишь напротив величайшей горы мира и ощущаешь ее дыхание. Мать Богов в полной красе! Увидеть Джомолунгму – уже чудо. В Гималаях облачность – обычное явление. Можно месяц просидеть в ожидании окна. А нам повезло в первое же мгновение увидеть все сразу! Захотелось покоя и осмысления. Было принято решение заночевать в обычном кишлаке. Очень интересно смотреть на тибетскую жизнь, какой она была до прихода цивилизации. А без электричества нетрудно мечтать о вечном. Особенно темной тибетской ночью, созерцая звезды. Но мысли, что в сию даль абсолютно впустую пришлось тащить тяжеленные лыжи с двухслойным титаналом да еще сноуборд, все же угнетали. Надо было придумать, как вышеупомянутый балласт применять по делу.

Еще по пути к базовому лагерю под Эверестом мы обратили внимание, что несколько гор имели песчаные склоны. Вероятно, их надуло ветром за миллионы лет. А может, по ним?! Если когда на Тибет и заносило шального лыжника, то по песку-то он точно не спускался! Да и вообще про лыжи там, где мы были, никто прежде и не слышал. А нам все в кайф, только бы кататься!

На следующий день свернули на одну сию симпатичную горку, присмотрелись. Песочек хороший, целячок. Решили попробовать. Да здесь на беду снег пошел. Вроде бы радоваться нужно – горные лыжи ведь, снег! Но только он только склон намочил… И брели мы в гору под молитвы Пацана. Тибетец долго не был способен понять, чего мы удумали, и, похоже, только из вежливости не крутил пальцем у виска. Однако затем, вернувшись в Ласу, пытался сделать из нас героев нации, рассказывая о сумасшедших русских. Так потрясло его увиденное. Да, собственно говоря, нас и самих проперло. Представляете – не бархан, не дюна, а целая гора! Другой масштаб. Другие скорости. Давно я не испытывал подобных чувств первопроходца – наверное, с первопрохождения на борде уже несуществующего озерца на Азау.

ЗАПРЕТНЫЙ ГОРОД И… «МАКДОНАЛДС»

Спустившись со склонов Эвереста, мы познавательно проехали весь Китай по диагонали, увидели Хуанхе и Великую Китайскую стену. Ну и, естественно, посетили Беджин. Это столица Китая. А вы разве не знали? Тогда у вас могут быть проблемы. Попасть в Пекин можно только, если произнести это слово верно, иначе не поймут. Тут мы были на самой немалый в мире площади, взглянули в глаза Мао на его портретах, побывали в Запретном Городе – императорском дворце. А еще… После интересной, но иной раз убийственной тибетской кухни Каменев с криками «Нормальная еда!» взял штурмом «Макдоналдс». Мы же с Валерой отужинали самыми вкусными крабами, какие мне только доводилось пробовать в жизни. Местечко запомнили…

СЛУШАЙ ВНУТРЕННИЙ ГОЛОС!

Тибет – это территория вечности. Когда она позовет – ты услышишь. Ничто не сумеет заглушить сего голоса, звучащего внутри. Руки сами потянутся к телефону, а язык озвучит то, с чем мозг еще не сжился: «Девушка, мне нужно в Тибет…»

Поиск по сайту по словам: